«Чем эффективнее работаешь, тем чаще просят поделиться» – интервью с полпредом Игорем Холманских

    ВИДЕО

    © 2013, «Новый Регион – Екатеринбург» © 2013, «Новый Регион – Екатеринбург»

    Екатеринбург, Июль 11 (Новый Регион, Полина Румянцева) – Игорь Холманских уже полтора года продолжает оставаться медиафигурой, действия и поступки которой интересны в масштабах всей страны. Сначала – это был «тагильский мужик» с танками, готовый отстоять путинскую стабильность, сейчас – это один из наиболее популярных у СМИ полпредов президента. «Новый Регион» встретился с Игорем Холманских и узнал у него, что он думает о перспективах протестного и рабочего движений в России, что такое «Путинград», как развиваются отношения Холманских и Куйвашева, кто займет место Андрея Колядина и т.д. Все подробности – в интервью «Нового Региона» и в видеоверсии.

    Н.Р.: Игорь Рюрикович, прошло уже больше года с момента Вашего назначения полпредом. За это время вопрос о Вашей политической состоятельности и самостоятельности всплывал в СМИ, наверное, уже сотни раз. Скажите, на Ваш взгляд, Вы – самостоятельный политический игрок?

    И.Х: Я работаю полномочным представителем президента Российской Федерации и у меня есть свои взгляды и политические убеждения. Я – сторонник той политики, которую проводит Владимир Путин, политики, направленной на возрождение страны, ее промышленности, политики, направленной на то, чтобы люди, своим трудом создающие богатство страны, жили лучше. Мои политические убеждения не оригинальны – я один из «путинского большинства». А если говорить об игроке… Знаете, здесь не играют, здесь работают. А когда говорят – самостоятельный я или не самостоятельный... Вся та жизнь, что была до полпредства, предполагала и самостоятельность, и ответственность за тех людей, что работали со мной. Начинал я в 1994 году начальником участка, четко понимая, что передо мной стоят три задачи: люди должны быть загружены работой, должны выполнять план и получать при этом заслуженную и достойную заработную плату. И, с годами, чем выше должность становилась, тем за большее количество людей я отвечал. Если же вы спрашиваете о том, насколько я самостоятелен в своих решениях, то могу лишь сказать, что умею прислушиваться к советам знающих людей, коллег и помощников. Они помогают мне. Надеюсь, что неправильных решений было принято гораздо меньше, чем правильных.

    Н.Р.: Если продолжать тему помощников и заместителей: давайте обсудим отставку заместителя полпреда Андрея Михайловича Колядина. Ее называют, в том числе, и Вашим политическим поражением…

    И.Х.: Когда говорят о какие-то победах или поражениях, прежде всего, речь идет о малой информированности о том, как на самом деле обстояли дела... Когда неожиданно для всех, в том числе и для меня, я был назначен на эту работу, Андрей Михайлович Колядин работал в достаточно серьезном бизнесе. И я его пригласил работать вместе со мной. Как понимаете, денежное содержание госслужащего несколько отличается от тех денег, что он зарабатывал тогда, но он, как человек государственный и ответственный, принял мое предложение. Мы сразу же договаривались – давай год проработаем, а там посмотрим, как будут складываться взаимоотношения, работа. Но так случилось, что в апреле этого года мы сидели вот за тем столом (показывает на свой рабочий стол – прим. НР) с Владимиром Ивановичем Шмаковым (тогда еще вице-президентом корпорации УВЗ – прим. НР) и я ему предложил пост заместителя полпреда по социально-экономическим вопросам. Проходит буквально неделя – и Владимир Владимирович Путин назначает его руководителем «Объединенной судостроительной компании», а спустя еще неделю уже Владимир Иванович говорит мне: «Мне бы тоже нужен Андрей Михайлович…» (смеется – прим. НР). Но тогда была достаточно сложная политическая обстановка в Свердловской области, потребовались силы, умения и знания всех работников полпредства, чтобы этот накал снять... Опять же, начались наши поездки по субъектам УрФО, которые закончились 2 июля. Доработав, человек перешел туда, где он наиболее необходим, где стоят серьезные задачи, которые необходимо решать.

    Н.Р.: Какова вероятность, что кого-то еще из аппарата полпреда заберут на работу в Москву?

    И.Х.: Вероятность такая есть всегда, ведь чем эффективнее работаешь – тем чаще просят поделиться…

    Н.Р.: Вам-то как сейчас быть: ведь нет уже двух замов…

    И.Х.: Сейчас рассматриваются кандидатуры на обе позиции, идут консультации. Я думаю, в ближайшее время эти люди здесь появятся.

    Н.Р.: Вам чисто профессионально будет проще сработаться с новичком – человеком не из нашего региона, или с тем, кто полностью знает нашу повестку?

    И.Х.: Скорее всего, это будут люди из Уральского Федерального округа… Назначение двух замов – в ближайшей перспективе.

    Н.Р.: Если вернуться во времени назад, вспомнить 2011 год, 2012, акции протеста в Москве и других городах России, Ваши заявления про мужиков и танки в поддержку Путина… Скажите, как Вы сейчас относитесь к протестному движению – в том его проявлении и нынешнем? Если ли у «болотных» шансы на политическое будущее?

    И.Х.: У протестных движений, наверное, будущего нет, а вот у оппозиционных – есть. Если люди просто протестуют – это не имеет никакого смысла, за словами должны следовать действия. У нас свобода слова – и у оппозиционеров есть все возможности для того, чтобы этим правом воспользоваться. Они это и делали, и делают. Пишут статьи в газеты, собирают митинги, выдвигают своих кандидатов на выборах разного уровня. Другое дело, что их убеждения разделяет лишь очень небольшое количество наших граждан. А принцип демократии в том и состоит, что, по результатам демократических процедур власть получают те, кого поддерживает большинство. Меня много раз об этом спрашивали, и я много раз повторял: все, что нужно нашей оппозиции – это сформулировать конструктивную программу, которую можно обсуждать. Как только вместо «у нас все плохо» они скажут «мы предлагаем сделать по-другому» и покажут, как именно – с ними можно будет разговаривать. Просто будет, о чем разговаривать. Уверяю Вас, в Москве все видят, в том числе и где плохо.

    Н.Р.: Как считаете, получится ли у Навального пройти в мэры Москвы?

    И.Х.: Получится ли?... Все будет зависеть от того, какую программу он представит, что он собирается делать, что будет стоять за этими словами... Граждане-то у нас весьма образованны и понимают, какие программы популистские, а какие действительно смогут сработать. И если Навальному действительно удастся представить программу и если выбранные им методы смогут сработать – за него проголосуют. Когда есть наполнение содержанием – есть и политик, а без этого – одна форма…

    Н.Р.: В сентябре и в Екатеринбурге – выборы, нам предстоит избрать новый состав Гордумы, главу города. Как Вам видятся происходящие в связи с этим в городе политические процессы?

    И.Х.: Люди часто путаются, думая, что у главы города Екатеринбурга есть некая власть – это заблуждение, власти у него даже меньше, чем у мэра Нижнего Тагила. Поэтому я не понимаю того напряжения, что возникло в обществе по поводу выборов главы – я считаю его просто неоправданным. На всех выборах важно соблюдать законность и сохранять гражданскую стабильность. И если так называемые политические элиты начинают междоусобные войны, это неправильно. Во власть нельзя идти ради власти. На мой взгляд, это должен быть конкурс путей развития города Екатеринбурга – кто предложит лучший вариант, тот и победит. Горожане сами выберут того, кто достоин.

    Н.Р.: Движение «В защиту человека труда», возглавляемое Вами, кого поддержит на выборах главы Екатеринбурга? Мы все ждем от вас заявлений, может, откроете тайну?

    И.Х.: Тут особой тайны и нет. Как и нет у меня права в качестве председателя движения принимать единоличное решение, какого кандидата поддерживать или не поддерживать. У нас на 17 июля запланирован совет движения, на котором мы и будем принимать решение о том, каких кандидатов в гордуму мы поддержим или не поддержим, и кого из кандидатов в главы города мы поддержим. Обсудим всех… А может и не будет достойных? Тогда не поддержим никого – и такие варианты могут быть.

    Н.Р.: Как Вам видится будущее политического движения «В защиту человека труда»? оно переродится в партию или так и останется движением?

    И.Х.: Мы уже больше года существуем и как движение, могу сказать, у нас больше будущего, мы более заметны. Партий сейчас такое количество, что бюллетени просто в портянки превращаются, никто и не прочитает до конца этот список…

    Н.Р.: А вот говорят, в Кремле Ваше движение недолюбливают, расценивают его, в том числе, как угрозу «Единой России»? Насколько верны такие мнения?

    И.Х.: У движения – две задачи: первая – это популяризация курса президента Российской Федерации, и вторая – это популяризация рабочих профессий. Ни та, ни другая задача не могут в Кремле каких-то оппонентов иметь (смеется – прим. НР), это все домыслы.

    Н.Р.: Если продолжать говорить о политических интригах: как Вы можете охарактеризовать Ваши отношения с губернатором Свердловской области Евгением Владимировичем Куйвашевым? Говорят, что есть некоторые противоречия между вами?

    И.Х.: Об интригах вообще говорить бы не хотелось, пусть о них говорят те, кто ими занимается. С моей точки зрения – нет никаких интриг. Как для многих бы это странно ни звучало, но работы, действительно очень много, и заниматься интригами – времени жалко. Мы, действительно, видим, кто и чем занимается, какими интригами, но на это столько сил тратится… Лучше бы работали. Если говорить про отношения, то у меня со всеми губернаторами сложились достаточно ровные рабочие отношения. Конечно же, работа полпреда предполагает контроль выполнения указов и поручений президента и не всегда в субъектах Уральского Федерального округа эта работа ведется гладко. Бывает, на наших совещаниях и губернаторов приходится критиковать, но это рабочие моменты – ничего личного. А вообще, я губернаторов расцениваю как своих коллег, как свой трудовой коллектив, у нас одни цели и задачи и никаких личных противоречий быть не может.

    Н.Р.: Накануне вы были в Нижнем Тагиле, где резко встал вопрос о тех двух миллиардах, который город должен был получить как раз по поручению президента. Скажите, есть ли подвижки в решении этого вопроса, что-то делается, деньги городу придут?

    И.Х.: Уверяют, что все соглашения между городом и правительством будут подписаны.

    Н.Р.: А вы не как полпред, а просто как человек – следите за развитием Нижнего Тагила? Как часто бываете в городе?

    И.Х.: К сожалению, не так часто получается туда приезжать, обычно, это случается по воскресеньям – я еду туда, ведь там живут мои родные, близкие, друзья… Мне всегда приятно приехать в Тагил и посмотреть, что там происходит. Видно, что с мая там ведутся большие работы. Буквально две недели назад я лично приезжал в город, чтобы посмотреть, как дела в городе, проехал на своей машине, посмотрел... Вчерашняя поездка показала – за две недели многое изменилось. Из того, что на первый взгляд видно – улучшение качества дорог…

    Н.Р.: Скажите, пожалуйста, а какой образ возникает у Вас в голове, когда Вы слышите выражение «Нижний Тагил – Путинград»?

    И.Х.: А если никакого? (смеется – прим. НР) Так ведь тоже бывает? Это выражение возникло после наших митингов декабрьских в 2011 году, прямой линии тогда еще кандидата в президенты Путина… Конечно, эти воспоминания (а не образ) вызывают гордость за тех людей, что живут и работают в этом городе, что они – именно такие, с активной жизненной позицией и слов на ветер не бросают. Мы обещали отстоять нашу стабильность – и мы это сделали. Тагил – хороший город, хороший, и с каждым годом будет становиться все лучше.

    Н.Р.: Скажите, пожалуйста, Ваши родные научились жить под постоянным вниманием СМИ, обывателей?

    И.Х.: Мои родные – это мой надежный тыл. Я думаю, им очень тяжело. Даже, наверное, тяжелее, чем мне. Но с этим ничего нельзя поделать. Издержки профессии, что тут поделаешь…

    Н.Р.: А когда с критикой в Ваш адрес встречаются, как родные реагируют?

    И.Х.: Они мне об этом ничего не говорят…

    Н.Р.: А сами Вы как к критике в свой адрес относитесь?

    И.Х.: Понимаете, если ничего не делать, то и критических слов в свой адрес не услышишь. Критика – это как лакмусовая бумажка. Если ее в нейтральную среду поместить, то и реакции не будет, а если попадает в кислую или щелочную – то по-своему реагирует. То есть я понимаю – если идет критика, значит, идет и работа. Конструктивная критика вообще полезна в работе, нельзя ставить на глаза шоры и жить с ними.

    Н.Р.: Недавно Вы отметили второй день рождения в статусе полпреда. Скажите, есть ли разница в ощущениях с тем, что было год назад?

    И.Х.: А вы знаете, никакой разницы в ощущениях нет. Как всегда – ждешь поздравлений от близких, от друзей. От коллег по прежней и нынешней работе. А вообще, день рождения я всегда отмечаю с семьей.

    Н.Р.: Последний вопрос. Давно хотела спросить – говорят, что Вы на УВЗ были не просто начальником цеха, а состояли в так называемом «особом отделе», что у Вас есть погоны и Вы – тайный фсбшник. Вы, правда, имеете отношение к силовикам?

    И.Х.: Как писал Булгаков, «самое интересное в этом вранье то, что это – вранье от первого до последнего слова». Погоны я носил в армии во время срочной службы. Да и зачем там, на УВЗ, ФСБшники? Мы и сами справлялись с контролем и учетом (смеется – прим. НР)…

    Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

    Комментарии

     
    Осталось символов: 1000

    NEWSROOM в социальных сетях

    Сегодня / НОВОСТИ

    Вчера

    Новости

    АВТОРЫ

    Архив