6 вопросов по предстоящим выборам президента России

    Им под Путиным стало тесно. А нам?

    6 вопросов по предстоящим выборам президента России 6 вопросов по предстоящим выборам президента России


    В Москве 16.03.17 прошла пресс-конференция создателей Общественного штаба реализации президентских программ. Учредительный съезд намечен на 10.04.17. Основная идея – именем Путина вести «огонь по местным штабам».

    Имена инициаторов мало кого могут впечатлить: адвокат Кирилл Иванов, общественный палаточник Сергей Марков, политологи Сергей Володенков и Надежда Муравьева, предприниматель Игорь Постников. Первое ощущение , что это сборище фриков, которые, в условиях стремительно сокращающейся кормовой базы пытаются использовать избирательный сезон для большого хапка, а если повезет и для повышения своего статуса.



    Лозунги «штабистов» весьма незатейливы: борьба с местными «кущевками», защита малого и среднего бизнеса. Тактика еще более проста: противопоставить плохие местные власти – хорошим региональным и ослепительно прекрасному президенту. То есть, это даже не «царь хороший – бояре плохие», а «царь замечательный, бояре тоже ничего, а вот местные дьяки – вот они-то и есть черти». Стратегии у «штабистов» нет никакой, да им и не надо.

    Под Путиным сейчас очень тесно. Тут и «Единая Россия» и Общероссийский народный фронт и всевозможные «антимайданы», не говоря уже о СМИ, силовиках, судах и всей административной вертикали. С очередной запутинской тусовкой все станет ясно 10.04.17. Смогут они каким-то чудом заполучить Путина хоть на минутку на свое сборище – будут жить, хоть и недолго и уныло, зато сытно. Будет у них Кириенко с приветом от Путина – жить будут, хотя и впроголодь. И этого не будет – никто  о них и не вспомнит через месяц. Да, вот таковы суровые будни пропутинской массовки. А вы что думали?

    Не от хорошей же жизни бывшие хунвейбины меняют Путина на грин-карту!



    Что реально произойдет в том случае, если на эту компанию прольется тоненькая струйка путинской благодати, что в плане конкретном будет означать, что им насыплют жменьку федерального и горсточку местного эфира, позволят посидеть с краешку на региональных партхозактивах, а может и, чем чёрт не шутит, и дадут пару раз пискнуть. Ну, и уголок какой дадут для офиса, денег немного подкинут… Все это возможные факты в личных биографиях не слишком интересных людей, которые не стоили бы внимания, если бы не одно обстоятельство.

    В случае успеха «штабисты» смогут увеличить сумбур в головах популяции россиян, в том числе и тех, кому надоели привычные телевизионные клоуны. Они имеют шанс перехватить в регионах антикоррупционную повестку, поскольку, ведя «огонь по местным штабам», неизбежно станут затрагивать местных кровопийц, которые местное население достали намного больше, чем Путин с Медведевым.

    То есть, существенно увеличить поддержку Путина эта группа товарищей не сможет, а вот оттянуть на себя ту и без того малую поддержку  оппозиции на местах им может оказаться по силам. И в этой связи возникают вопросы к тем людям, которых принято называть лидерами демократической оппозиции. Постараюсь не задавать бестактных вопросов, или, по крайней мере, попытаюсь сформулировать их в предельно деликатной форме.

    Итак. Вопрос первый. Есть ли понимание того, что унылое течение путинского безвременья в самое ближайшее время может прерваться катастрофой? Просто количество перейдет в качество и в какой-то момент игры: «вы нам новые санкции – мы вам новые провокации» сорвет резьбу и события понесутся вскачь. Сегодня отключение России от межбанковской системы SWIFT и новый железный занавес кажутся нереальными, поскольку явно противоречат интересам мирового и российского бизнеса. Завтра очередная провокация Путина – есть ли сомнения, что за ним не заржавеет? – превысит болевой порог и – прощай SWIFT, а при персональных санкциях на большинство представителей путинской элиты, какой смысл позволять населению гулять по свету.

    Вопрос второй. Есть ли понимание того, что участие в выборах лидеров тех партий, которые только что получили официально меньше двух процентов, а реально, с учетом украденных, меньше пяти, такое участие есть мероприятие, крайне сомнительное. Особенно, если учесть, что ни одна из этих партий не провела публичного анализа причин такого результата и не объяснилась со своими оставшимися избирателями.

    Вопрос третий. Есть ли понимание того, что консолидация сил оппозиции вокруг протеста по поводу незаконного обогащения Медведева является борьбой с ветряными мельницами. Просто в силу поистине эталонной ничтожности избранного объекта протеста. Позиция: «Путину – гарантии неприкосновенности, а мы все маршируем против Медведева» выглядит несколько странно. И в целом, борьба с коррупцией, которая, несомненно, должна быть в ядре протестной повестки, не может стать в этой повестке единственным и даже главным пунктом.

    Просто потому, что войны в Украине и Сирии, безумие в СМИ, наступление поповского мракобесия и еще масса других проблем, во-первых, не сводятся к коррупции и не имеют ее в качестве первопричины, а во-вторых, представляют собой не меньшую угрозу для страны.



    Вопрос четвертый. Есть ли понимание того, что выборы 2018 года нельзя просто «развидеть», что надо на них как-то реагировать. И в частности, если в силу каких-то обстоятельств есть желание выборы бойкотировать, то эта тактика бойкота потребует существенно больших сил и средств, нежели участие в выборах. Бойкот нельзя просто объявить, его надо организовывать, продвигать, объяснять и пропагандировать, создавать штабы бойкота на местах и осуществлять контроль на избирательных участках. Понимая при этом, что по нынешним временам те, кто в этом участвуют, рискуют получить реальные сроки.

    Вопрос пятый. Есть ли понимание того, что призывы к массовому уличному протесту вне «огороженных загонов», то есть без разрешения властей – а только такой протест имеет какой-то смысл – неизбежно приведет, в лучшем случае к массовым посадкам, в худшем к крови. Поэтому говорить  людям в сегодняшней России: 45 мартобря «всей толпой выходите на Красную площадь… прибиваете к воротам Спасской башни требования…, и не расходитесь, пока их не выполнят», может и верно, но с учетом особенностей нынешней российской власти с ее 100-процентной готовностью убить столько народу, сколько потребуется, делать такие предложения лучше, если готов отвечать за их последствия. И уж точно не стоит их делать, находясь за пределами России.

    Итоговый вопрос будет без номера. Есть ли понимание того, что в России сегодня нет единой политической силы, единой стратегии и тактики и единой фигуры, которая в данный момент сможет противопоставить себя путинскому режиму. У каждой политической силы, у каждой стратегии и у каждого лидера есть свои группы поддержки, которые уверены, что именно их выбор сможет похоронить нынешний режим. Возможно, что они все правы. Но есть очевидный факт: никто из них не сможет навязать свой выбор всем остальным. Просто потому, что представители разных колонн протеста друг друга не любят больше, чем Путина. Идея всеобщего единения мертва, надеюсь, в этом все убедились. Есть малюсенький шанс. Не объединения, а выработки согласованных действий. Чтобы каждый делал то, что у него лучше получается. То есть, использовать шанс не объединения, а принципа политической дополнительности. Для этого нужен диалог. Причем диалог первых лиц. На той площадке, которая будет всеми признана приемлемой. Возможно, мы уже проскочили окно возможностей. Но в истории бывали случаи, когда это окно пробивали. Нужны только воля и умение.

    Комментарии

     
    Осталось символов: 1000

    NEWSROOM в социальных сетях

    21 Июля / НОВОСТИ

    Новости

    АВТОРЫ

    Архив