До 23 лет я успел поучаствовать в революции, войне и посидеть в подвале в наручниках

    Хорошо на какой-то миг снова стать харьковским студентиком

    <p>Гражданская одежда помогает почувствовать непричастность к войне</p>

    Гражданская одежда помогает почувствовать непричастность к войне



    Киев, Апрель 24 (Новый Регион, Владимир Шередега) – Мне скоро исполнится 23. Я успел уже кое-что повидать в этой жизни. Успел поучаствовать в революции. Успел побывать на войне. Успел даже ошибочно посидеть в подвале в наручниках.

    Но когда я стою на центральном входе киевского вокзала в гражданской одежде, ко мне с банальнейшим разводом подкатывает типичнейший бомж, заявляя что у нас в стране как бы война, он как бы там где-то воевал и сейчас ему якобы во что бы то ни стало нужно кого-то там помянуть.

    Я не берусь судить. Быть может, человек действительно где-то и воевал. А может быть он даже и не бомж совсем в широком понимании этого слова. Но речь о другом. О том, что в такие моменты, одевшись по гражданке, мне хоть на несколько секунд удается снова почувствовать себя непричастным ко всему, что происходило в стране крайние полтора года.

    Будто хотя бы на какой-то миг я снова стал харьковским студентиком, который просыпает пары и копипастом зарабатывает себе на виски да тесную съемную квартиру. Или хотя бы внешне все ещё похож на этого студентика. И поэтому я больше не люблю и не хочу носить камуфляж в гражданском мире.

    Вокзалы — место особенное. Здесь каждый раз случается что-то знаковое, символичное. Вокзалы и метро. Пару дней назад в метро Арсенальной у эскалатора я видел сидящего на бетонном полу десантника без руки, просящего милостыню. Он, не моргая, смотрел в одну пустую точку, не двигаясь и не подавая вообще хоть каких-нибудь признаков жизни. А весь поток людей, протекающий мимо, пытался не смотреть на него. И всю оставшуюся дорогу до выхода из метро я думал о том, что сидеть на бетонном полу на его месте вполне мог бы я, а подниматься вверх по эскалатору — он. А потом, выйдя на поверхность, я просто забыл об увиденном. Как забыли и все, кто поднимался со мной. Забыли до следующего калеки, брошенного государством, защищая которое он оказался на бетонном полу метро или вокзала.

    Комментарии

     
    Осталось символов: 1000

    NEWSROOM в социальных сетях

    Вчера / НОВОСТИ

    24 Мая

    Новости

    АВТОРЫ

    Архив