Мистерия под Ведьминой горой: Дайны над Куршским заливом (ФОТО)

    Где оживший фольклор перестает быть искусством



    Киев, Сентябрь 11 (Новый Регион, Роман и Дарья Нуриевы) — На фольклорный фестиваль в Юодкранте нас позвали друзья-литовцы: «Jest predloženije pojechati v Kurskuju Dugu!».

    Мы все поняли правильно, и собрались на Куршскую косу. По дороге Дарюс смеется: – Я как-то пытался прочесть «Доктора Живаго» на русском.

    С первой же страницы начали попадаться непонятные слова. Но я догадывался, что имеется в виду. На третьей странице я заметил, что уже ничего не понимаю, а только догадываюсь.

     – Так Пастернака и не прочли?

    – Прочел. На литовском.

    Дарюс и сам доктор. Народные песни помогают ему прийти в себя после тяжелой работы. Сняв белый халат, он идет на репетицию фольклорного ансамбля. Дорога не близкая. Доктор с женой запевают уже в машине.



    Даже за рулем Дарюс не оставляет своей привычки – во время пения держать Эгле за руку. Эгле учительница литовского. Из того, что они поют, мы выхватываем «бярнюкас» (парень) и «мяргайте» (девушка). Значит, песня про любовь.

    Деревянные домики Юодкранте – готовая декорация. Правда, скорее немецкая. Площадь вокруг носатого бюста заняли десятки людей в красочных костюмах. Это современная одежда хороша в модных журналах, а на улице обычно подчеркивает отсутствие модельных фигур и вкуса у своих носителей. А народная одежда идет к любой фигуре и всегда стильно смотрится. Даже огромный живот становится достоинством.

    Хоры съехались со всех этнографических регионов Литвы, каждый собрался под своей хоругвью.

    Участники давно знакомы – если не по именам, то лица уж точно примелькались. Певчие встали в круг, спиной к прохожим. Зрителей пока почти нет, да тесная площадь для них и не предназначена. Без сцены, микрофонов и непосвященных фольклор перестает быть искусством, и оживает.

    – Эти ансамбли не просто для препровождения свободного времени, люди вкладывают всю душу, – шепчет нам доктор Дарюс, и становится петь со своим хором. Нос, вокруг которого сплотились сейчас певчие, принадлежит собирателю литовского фольклора Людвику Резе. 190 лет назад он издал сборник литовских песен под названием «Dainos, oder littauische Volkslieder» – сегодняшним концертом и отмечается юбилей издания.



    Мы было подумали, что кенигсбергский профессор, переписывавшийся с Гете, это чудак-немец с экзотическим увлечением. На самом деле это литовец с немецким образованием. И соответствующим двойным именем: Людвикас Гядиминас. Благочестивая одежда, ровное пение, обращенное к скульптурному портрету – на годовщину смерти Резы как будто совершается фольклорная панихида. А церковных панихид (Реза к тому же был пастором) у лютеран и не бывает.

    Почтив Резу, хоры из-под немецких домиков отправляются на поле. Шествие с вышитыми хоругвями растягивается по берегу Куршского залива, как крестный ход. Но останавливается он под Ведьминой горой, и призывает богов моря и ветра.

    Доктор Дарюс отмечает, что после моления ветер с залива задул сильнее. А мы отмечаем, что не такое уж простецкое название у фестиваля «Дуй, ветерок!», как кажется на первый взгляд.



    Прохладная погода сближает людей в объятиях и под общими пледами. В море выходит куршская ладья, с традиционным деревянным флюгером на мачте. Под пение с неё спускают венок в память об утонувших рыбаках. Ветерок надул и случайного гостя фестиваля – прогулочный кораблик из Клайпеды. Он проплывает мимо сцены и обдает берег шансоном. На палубе не знают приличий.

    А отдыхающие у причала хористы стесняются даже того, что курят в своих сюртуках и высоких шляпах. Завидев фотоаппарат, кавалеры галантно заворачивают руки с сигаретами за спины и просят: – Таких снимков в газету не давайте!

    Женская компания на лавочке позирует с удовольствием. Нам демонстрируют пояс с орнаментом без единого повтора, сумочку («три месяца вышивала»), рассказывают о сложностях хранения барабана из козлиной шкуры и даже задирают верхние юбки, чтобы показать расшитые нижние.



    На набережной ждут своего выступления хористы из Каунаса. Они просят нас спеть украинскую песню, а отвечают не в формате праздника – литовской партизанской. И рассказывают легенду: если погибал партизан, рождалась новая песня.

    Каждому погибшему посвящена своя. Как когда-то Людвик Реза, члены каунасского «Куполе» собирали дайны, только новые, партизанские. Старые песни на сцене сменяют одна другую.

    Мы не понимаем слов, но ведь литовцы из Дзукии и Жемайтии тоже не всегда понимают друг друга. Даже ведущая так увлекается разнообразием костюмов и диалектов, что договаривается до «мусу диделис Летува» – «наша большая Литва». И в этом есть своя маленькая правда.

    Комментарии

     
    Осталось символов: 1000

    NEWSROOM в социальных сетях

    Вчера / НОВОСТИ

    Новости

    АВТОРЫ

    Архив