Борис Вишневский: Успехи нынешней российской власти долгими быть не могут

    Т.к., холодильник никак не подключается к телевизору

    Борис Вешневский: Успехи нынешней российской власти долгими быть не могут  Борис Вешневский: Успехи нынешней российской власти долгими быть не могут 


    Вильнюс, 13 Октября (Новый Регион, Таня Деккер) – Борис Вишневский, депутат Законодательно собрания Санкт-Петербурга (Яблоко) уверен, что ситуация в России не так печальна, как она видится из-за границы. А «успехи» нынешней российской власти, подддерживаемые ежедневными накачками вранья и ненависти с экранов федеральных телеканалов, не могут быть продолжительными, т.к., народ РФ рано или поздно, посмотрев в свой холодильник, задаст неудобные вопросы власти. В этом случае реакция внутри России будет совершенно иной, чем в Украине.

    По словам Вишневского, это прекрасно видно по тому возмущению, которое вызвал «закон Ротенберга». Но защищать путинских олигархов от введенных против них санкций в России не выйдет никто. Кроме, разве что, их обслуги.

    В своем Facebook Борис Вишневский разместил письмо экс-советнику Андрею Илларионову, в котором высказал ряд сомнений по поводу драматизма российской действительности, рисуемой Илларионовым.

    Вот что он пишет: «Андрей Илларионов на сайте «Эха Москвы» говорит о феномене «путинских ножниц» — повышении рейтингов российской власти на фоне ухудшения экономического положения. И объясняет его, во-первых, «беспрецедентным успехом дезинформационной войны», а во-вторых — эволюцией путинского режима «в жестко авторитарный с элементами тоталитарного». С фактической ликвидацией системы обратной связи, которая транслирует общественные проблемы в необходимые политические решения. По его мнению, в этом «незавидном состоянии Россия обречена прозябать предстоящие годы». Думается, что все же ситуация не так печальна, какой она видится умнейшему Андрею Николаевичу издалека.

    Дезинформационная война действительно ведется полным ходом — с ежедневными накачками враньем и ненавистью с экранов федеральных телеканалов, с созданием чудовищного виртуального мира, не имеющего практически ничего общего с реальным, и превращением множества журналистов в военных пропагандистов и профессиональных лжецов.

    И успехи в ней действительно достигнуты — немалое число моих знакомых, ранее не числившихся среди поддерживающих путинский режим, сегодня, когда речь заходит об Украине, начинает выдавать «Крымнаш» по полной программе и изъясняться исключительно штампами «России-24» и Первого канала. «Фашисты», «бандеровцы», «400 человек, расстрелянных карателями, у которых изъяты внутренние органы» и прочие «распятые мальчики».

    Но долгими эти успехи быть не могут — по той простой причине, что (как мне уже приходилось писать) холодильник никак не подключается к телевизору.



    А каждый поход в магазин не может не заставить даже самого верного слушателя Соловьева и Леонтьева задуматься о том, почему он обходится все дороже, и кто же в этом виноват.

    Собственно, все это уже было. Сто лет назад, когда началась Первая мировая, в России наблюдался прямо-таки взрыв ура-патриотических чувств. С беспрецедентной поддержкой властей и беспрецедентной ненавистью к врагам, как внешним, так и внутренним. С трогательным единством почти всех политических сил — те, кто еще недавно клеймил правительство с думской трибуны, теперь призывали «отложить споры» и придти к «здоровому патриотизму».

    Исключением были лишь большевики — которые, согласно новейшим открытиям в российской истории, сделанным лично товарищем Путиным, украли у России заслуженную победу в войне. Правда, будучи в рядах КПСС, Владимир Владимирович об этом не заикался, а распад созданной большевиками империи и по сей день считает величайшей геополитической катастрофой 20 века... Но речь сейчас не об этом.

    Прошло несколько лет — и всеобщая любовь к правительству сменилась всеобщей ненавистью. И не в результате военных поражений (они во время войны чередовались с успехами), а в результате неуклонного ухудшения экономической ситуации. Хотя, если бы осенью 1914 года кто-то осмелился это предсказать — в лучшем случае, сказанное сочли бы неудачной шуткой...

    Что касается сегодняшних рейтингов, то, как справедливо замечает Татьяна Ворожейкина, они измеряют не уровень поддержки власти, а лояльность. И какие-либо рейтинги вообще бессмысленно пытаться оценивать в обстановке массовой истерии, охватившей общество, и сочетаемой со страхом респондента быть наказанным за «неправильный» ответ.

    Тем же, кто верит в сказки про 86%, поддерживающих Путина, предлагаю поставить мысленный эксперимент. Представьте себе, что по телевидению, как в августе 1991 года, сообщают о неспособности Владимира Владимировича по состоянию здоровья руководить государством, а на телеэкране появляется комитет по чрезвычайному положению, состоящий из МедведеваШойгуНарышкинаМатвиенкоСуркова и Лаврова. Сколько россиян выйдет на улицы защищать президента? Только не говорите, что 86 процентов...

    Теперь — об эволюции путинского режима в авторитарный с элементами тооалитаризма. Она действительно имеет место, но вовсе не является причиной описанных Илларионовым«ножниц».

    Ухудшение экономического положения может приводить к падению уровня поддержки властей и при тоталитарных режимах (простейший пример — Советский Союз во второй половине 80-х годов). А может и не приводить, как это имеет место на Кубе, в КНДР или современной России. Суть дела в другом: тоталитарный режим вообще не интересуется своими рейтингами — поскольку не зависит от граждан.

    Именно для этого в России (причем, еще при Ельцине, а вовсе не при Путине) была поставлена задача создания системы несменяемости власти, не зависящей от предпочтений избирателей, при которой проводимая режимом политика в принципе не зависит от общественного мнения.

    Именно для этого было сконструировано соответствующее избирательное законодательство, позволяющее максимально воспрепятствовать реализации избирательных прав граждан. Именно для этого были поставлены под контроль основные электронные СМИ.

    Двадцать лет назад эту систему создавали для того, чтобы «не допустить возврата коммунистов» и «обеспечить продолжение реформ» — при одобрении многих из тех, кто считал себя демократами, но хотел сохранить власть, которая их устраивала.

    Потом выяснилось, что эта система не допускает смены власти, которая их не устраивает — но было уже поздно... Каким путем можно заставить такую систему изменить проводимую политику?

    Этих путей — два. Первый и главный: внутреннее сопротивление. Гражданская активность тех, кто не согласен. Кто участвует в выборах — и не так уж и редко побеждает. Кто пытается реализовать для помощи людям «малые дела» — не обращая внимания на тех, кто требует не отвлекаться на такие мелочи, а исключительно «рушить режим», — и не так уж и редко достигает результата. Кто выходит на площадь и требует от властей изменить свои решения — и не так уж и редко этого добивается.

    Второй: внешнее давление, которое когда-то считал вполне допустимым (и прямо призывал к нему) академик Андрей Сахаров. Экономические санкции, целью которых является изменение политики. Другое дело — что они должны быть направлены не против страны, а против конкретных лиц. Не против отраслей экономики (что сказывается на всех гражданах России, и вызывает у них понятную и негативную реакцию), а против персонажей из ближайшего окружения Путина, которым он фактически даровал право распоряжаться богатствами страны.

    В этом случае реакция внутри России будет совершенно иной — что прекрасно видно по тому возмущению, которое вызвал «закон Ротенберга». Защищать путинских олигархов от введенных против них санкций в России не выйдет никто. Кроме, разве что, их обслуги» .

    Комментарии

     
    Осталось символов: 1000

    NEWSROOM в социальных сетях

    Сегодня / НОВОСТИ

    Новости

    АВТОРЫ

    Архив