Сара Херст: Россияне живут в страхе репрессий

    И при этом верят кремлевской пропаганде



    Сиэтл-Киев, Апрель, 23 (Новый Регион, Ксения Кириллова) – Британскую журналистку Сару Херст уже можно назвать настоящим другом Украины. Она поддержала эту страну, начиная с событий на Майдане, и без колебаний заняла сторону Украины в войне с Россией, хотя признается – раньше всегда считала себя другом России и верила в демократические преобразования в ней. Недавно Сара стала автором документального фильма о российских политбеженцах «Дорога в Украину». Мы пообщались с Сарой Херст о том, чем украинцы отличаются от россиян, в чем причина происшедших в России изменений, и что ожидает обе эти страны в будущем.

    – Сара, в одном из своих интервью вы рассказывали, что заинтересовались Россией, начиная с краха Советского Союза, и с тех пор много раз бывали в этой стране. С начала Евромайдана вам стала интересна и Украина. Как по-вашему, насколько сильно отличается менталитет россиян и украинцев?

    – Конечно, в данный момент различия очень сильны. Это как день и ночь: день в Украине и ночь в России.



    Помню, когда я была в России в 96-м году, у меня было ощущение, что в этой стране все изменилось. Не оставляло чувство постоянного интереса, перемен, чувствовалось, что люди хотят что-то строить и создавать. Это не значит, что все верили в происходящие перемены. Конечно, люди не были настроены так оптимистично, как сейчас украинцы, но не ощущалось и той мрачности, которая царит в России сегодня. Да, тогда многих волновало, что будет завтра, люди хотели более стабильной жизни, чем была на тот момент, кто-то даже мечтал вернуться в Советский Союз, но все были разными, и у каждого было свое мнение, вот что особенно важно!

    Сейчас же никаких надежд на будущее у россиян не остается – они знают, что их ожидают репрессии, и ждут только ухудшений.

    – Однако, если верить статистике, большинство россиян устраивает нынешний курс властей, и они поддерживают Путина.

    – У меня сложилось впечатление, что даже если они формально поддерживают Путина, они понимают, что в действительности дела в стране обстоят очень плохо, и именно этим объясняется их агрессивность.



    – Почему, по-вашему, они в таком случае продолжают поддерживать Путина?

    – Иногда мне кажется, что лишь потому, что хотят, чтобы в Украине было еще хуже, чем в России. И при этом многие искренне верят, что чем хуже будет Украине – тем лучше России. Хотя проблемы России они тоже прекрасно видят. Но беда в том, что многие россияне действительно не понимают, что на самом деле происходит в Украине. Они верят пропаганде про «украинских фашистов», и я сталкивалась даже с тем, что правозащитники и диссиденты в России порой не знают, во что им верить. Они спрашивают у меня про отдельные факты, правда ли это. Когда люди постоянно существуют в атмосфере лжи, даже не самым глупым из них порой трудно определить, что именно является правдой. Доступ к альтернативной информации активно блокируется, и многие люди оказываются словно во тьме, в информационном вакууме.

    Многие россияне живут в страхе, понимая, что сейчас может произойти все, что угодно, никакие законы не соблюдаются, и царит произвол властей.



    А вот в Киеве, напротив, у меня сложилось очень хорошее ощущение, даже лучше, чем в Великобритании. Англичане в основном не хотят участвовать в политической жизни страны. Они считают, что разницы между политиками практически нет, и независимо от того, придут к власти консерваторы или лейбористы, все текущие проблемы сохранятся. В политической жизни наблюдается некоторая апатия.

    В Киеве же люди чувствуют, что должны действовать, и верят, что каждый человек способен повлиять на судьбу страны. Ощущается оживление. Одна знакомая украинка сказала мне, что она готова участвовать и в новых «Майданах», если это понадобится для решения проблем общества. И так думают многие. Каждый чувствует личную ответственность за судьбу своей родины.

    – Сара, вы наблюдали Россию с 90-х годов. Как по-вашему, как после подъема и перемен, которые вы сами ощущали там в то время, российское общество дошло до такого рецидива тоталитаризма, как сегодня? И что, напротив, помогло украинцам выбрать европейский вектор развития?

    –  Я тоже постоянно задаю себе этот вопрос.

    Когда во время событий на Майдане я заинтересовалась происходящим в Украине, то была поражена, насколько сильно украинцы отличаются от русских.



    Казалось бы, у обоих этих народов в прошлом был единый советский менталитет, однако украинцы искренне и сильно полюбили Европу, а россияне, напротив, возненавидели. Это тоже стало для меня шоком – все произошло так быстро!

    Русские постоянно приезжали к нам сюда, и нам казалось, что они любят нас. Они покупали наши футбольные клубы и дорогие дома в Лондоне, и создавалось впечатление, что россияне даже богаче нас. Раньше в России меня очень тепло принимали, а сейчас некоторые мои бывшие русские друзья просто перестали со мной разговаривать. По-моему, все изменилось очень быстро, буквально за год. Хотя, возможно, к этому шло и раньше, я просто не замечала этой тенденции.

    К примеру, у меня была русская подруга, я останавливалась у нее два года назад, но с начала войны она прекратила со мной общаться. С другой знакомой, учительницей из Калининграда, я познакомилась, когда жила на Аляске. Мы делали совместные проекты, помогали студентам изучать английский язык. Эта учительница – очень веселая женщина, в совершенстве владеющая языком, она всегда любила Европу. Однако, когда после начала войны мы начали общаться по скайпу, она сказала, что ее родственники жили в Горловке, и они сбежали в Россию, поскольку «в Украине фашисты». Больше она со мной не разговаривала.



    – В приведенном вами случае хотя бы видно, что эта женщина искренне верит в российскую пропаганду. Но как понять тех, кто понимает ложь кремлевских пропагандистов и подлость действий властей – но все равно их одобряет? Ведь даже саморазоблачения Стрелкова-Гиркина про то, что это он начал войну на Донбассе, и фильм про Крым не вызвали у россиян никакого раскаяния.

    – Несколько похожие процессы возникли в нашем обществе во время войны в Ираке. Вначале все поддерживали это вторжение, но потом, когда энтузиазм спал, людям уже очень трудно было признаться себе, что они совершили огромную ошибку и даже преступление. Наверное, это в принципе естественно для людей – никто не хочет признавать свои ошибки.

    – Каков ваш прогноз для Украины и для России?

    – Я думаю, у Украины есть большие шансы войти в Европу, но украинцы должны понимать, что и в европейских странах сейчас очень тяжелая экономическая ситуация, и это коснется всех. Кстати, это во многом объясняет и то, почему европейцы не так озабочены войной в Украине. Им кажется, что проблему России со временем как-то можно будет решить, но вот решить экономические проблемы на порядок сложнее. Мы сталкиваемся с мощной конкуренцией со стороны Индии и Китая, и это волнует всех. Тем не менее, это не мешает Украине сближаться с Европой.

    Перспективы России гораздо хуже, чем Украины. Нынешний менталитет россиян деструктивен, и я не вижу, как им выйти из создавшейся ситуации.

    Теми преступлениями, которые они совершили против Украины, они сделали в десять раз хуже самим себе.



    Они лишили свою страну всех возможностей развития, разрушили все институты гражданского общества. И ведь, казалось бы, россияне уже поняли, какой огромной ошибкой был советский менталитет, сколько зла делалось в то время – а теперь вновь возвращаются к этому. Это ужасно, я никогда не могла себе такого представить. Россия столько лет потратила на создание организаций гражданского общества: «ГОЛОС», «Мемориал», экологические общества. Сейчас все это разрушается, и в обществе не остается никаких механизмов саморегуляции.

    В Украине проводится люстрация, а в России я не вижу людей, способных заменить нынешних политиков. В сегодняшних преступлениях виновато большинство. К тому же в России надвигается экономический коллапс. Я очень уважаю мнение экономиста Славы Рабиновича, он сильный специалист. Вот сейчас россияне признались, что не могут произвести даже шоколад без импортных компонентов, но при этом делают новые танки!

    И лекарства, и другие важнейшие продукты Россия не может производить своими силами.



    – Вспоминается шутка: «Россия производит впечатление великой державы. Больше она ничего не производит»…

    – Еще она производит страх.

    – Сара, вы сделали фильм о российских политбеженцах в Украине. Какое у вас сложилось впечатление, при всей разнице менталитетов, может ли российский диссидент успешно интегрироваться в украинское общество?

    – Дело в том, что все беженцы разные, и менталитет каждого из них тоже отличается. Но Украина неоднородна, там тоже живут очень разные люди. Я думаю, что они вполне могут сосуществовать вместе. Конечно, эмигрантам важно понять, что украинское государство не может предоставить им все, что им нужно, и на первом месте для них находятся переселенцы с востока страны. Мне кажется, что, возможно, мужчины, приезжающие в Украину, должны быть готовы воевать за нее против России. Однако пока никто из тех, с кем я познакомилась лично, не выразил такого желания. 

    Комментарии

     
    Осталось символов: 1000

    NEWSROOM в социальных сетях

    Сегодня / НОВОСТИ

    Новости

    АВТОРЫ

    Архив