Наступление боевиков было прогнозируемо – генерал Игорь Романенко

    Угроза дальнейших провокаций сохраняется



    Сиэтл-Киев, Июнь, 07 (Новый Регион, Ксения Кириллова) – На днях, в связи с новым наступлением пророссийских боевиков на Донбассе, «Новый Регион» задался вопросом: насколько возможно прогнозировать подобные действия на основе открытой информации, и каковы критерии оценки открытых источников. На эту тему в интервью нашему сайту рассуждает военный эксперт, экс-замначальника Генштаба ВСУ Игорь Романенко.

    – Я бы не сказал, что тактические боевые действия в районе Марьинки, Красногоровки и Курахово невозможно было предвидеть. Другое дело, что оно могло начаться гораздо раньше, потому что боевиками уже были созданы три ударные группировки: Луганская, Донецкая и Мариупольская. Уже месяц назад, если не раньше, они были готовы ввести эти группы в действие.

    Однако эти группы – тактического значения, а не оперативного, и уж тем более не стратегического, то есть не предназначены для ведения крупномасштабной войны.



    Самая мощная – Донецкая (пять с половиной тысяч человек), менее значимая – Мариупольская, и послабее – Луганская. С военной точки зрения все они достаточно обеспечены боеприпасами и военнослужащими.

    – Классический принцип: если ружье висит, оно должно выстрелить. Но почему оно выстрелило именно сейчас?

    – Во-первых, важно понимать, что все эти три направления, включая Дебальцево – своего рода «домашнее задание» Путина. Если вы помните его интервью по Минску-2, он говорил о Дебальцево уже как о решенном вопросе, заявлял, что оно уже окружено, хотя еще недели три после этого там велись боевые действия.

    – То есть он заранее знал результат?

    – По крайней мере, он таким образом ставил цель. Задачи ставились Путиным по четырем направлениям, но успешно реализовались только в Дебальцево. При этом остальные направления сейчас приобретают для боевиков важное военно-стратегическое значение. Авдеевка – это коксо-химический комбинат, Мариуполь – это коридор в Крым, Курахово – это возможность снабжения ДНР водой, которая становится особенно актуальной летом, и так далее.

    Так вот, говоря о предсказуемости последнего наступления.



    Дело в том, что все  последнее время работала трехсторонняя группа, состоящая из представителей России, Украины и ОБСЕ. В ней сформировано четыре подгруппы: экономика, военная, гуманитарная сфера и так далее. Три дня назад российские представители вышли из всех подгрупп, тем самым заявляя свой протест по поводу того, каким именно образом должен реализовываться Минский договор.

    Россия и боевики уже разработали предложения по изменению украинской Конституции, и теперь требуют их рассмотрения и принятия. В связи с данными положениями, ДНР и ЛНР остаются в составе Украины, однако им даются особые полномочия. Экономическое содержание так называемых «республик» Россия хочет переложить на Украину, но, тем не менее, у них закрепляются особые отношения с Россией. Власти этих «республик» назначают своих прокуроров, судей, у них действует своя милиция, и в таком виде они продолжают существовать.

    Украинская сторона не оспаривает сами договоренности, но считает, что очередность их воплощения несколько иная. Мы считаем, что изменение Конституции через парламент нужно проводить тогда, когда пройдут выборы, и представители Донбасса будут в парламенте. Выборы же нужно проводить не под дулами автоматов, как это предлагается сейчас, а на основании законодательства Украины, и предварительно Украина должна обеспечить контроль над границей, тем самым демилитаризовав ситуацию.

    С этим российская сторона категорически не согласилась, и потому ее представители вышли из состава рабочих групп – а уже в 3-4 утра начались боевые действия по Марьинке.



    – То есть Путин таким образом пытается принудить к выполнению своих условий?

    – Да, притом начало такой тактике, на мой взгляд, было положено, еще с первых Минских переговоров. С того времени Путин использует военное, моральное и психологическое давление на всем протяжении последнего года. Это касается и осенней, и зимней, и настоящей кампании: Путин принуждает к уступкам, используя военную силу.

    – То есть российские группировки были подготовлены давно, но сам момент наступление определился текущими разногласиями?

    – Я полагаю, что так. По крайней мере, ему предшествовали активные дипломатические усилия с разных сторон. При этом Путин, увидев, что Украина стала настаивать на своих условиях, решил «показать ей свое место». Однако в этот раз у него не получилось достичь желаемого эффекта, потому что со временем у нас тоже растет опыт и профессионализм. Если у России существует постоянный ресурс для войны, то нам приходится постоянно наращивать потенциал по людям, обучению, вооружению, логистике и так далее.

    Тем не менее, последние бои можно назвать успешными для Украины. Нам удалось реализовать активную оборону.



    В Марьинку со стороны боевиков заходило до тысячи людей, а у нас там насчитывалось всего два взводных опорных пункта, но они смогли устоять. Еще одной нашей проблемой было то, что артиллерия, согласно Минским договоренностям, была отведена на предусмотренное договором расстояние.

    – С началом боев ее вернули назад?

    – Не сразу. Украинская артиллерия начала применяться через три часа после начала боев, а это очень большой срок во время войны – поскольку военно-политические задачи были первичными. Так, украинская сторона заявила в соответствующем военном центре, куда входили и российские военные, что происходит наступление, и потребовала его прекратить. Затем важно было зафиксировать факт наступления с участием ОБСЕ, чтобы те убедились, что против украинской стороны ведутся штурмовые действия, а значит, Украина вправе вернуть на свои позиции артиллерию.

    Все это делалось для обеспечения адекватной реакции мировой общественности, поскольку Россия преподносит события в том свете, что это якобы украинская сторона наносила удары по Донецку, и потому нам нужно зафиксировать, что происходит на самом деле.

    – И как отреагировало международное сообщество?



    – Вы, наверное, знаете, что ООН безоговорочно поддержала Украину. Разумеется, это тоже нужная работа, но нам постоянно приходится искать сложный компромисс между военно-политической и собственно военной составляющей. Я, как военный, понимаю, что три часа, когда тебя непрерывно бомбят, когда гибнут твои товарищи – это очень много.

    – Американский аналитик Стивен Бланк предположил, что следующей целью Путина может быть не Мариуполь, а Харьков. Насколько обоснованы такие опасения?

    – Есть сведения из различных источников, что американцы дали понять Путину: если тот начнет пробивать коридор в Крым через Мариуполь, с их стороны последуют очень решительные действия, вплоть до предоставления Украине летального оружия, а также будет введен следующий этап санкций. Исходя из этого, если россияне откажутся от идеи захватить Мариуполь, угрозы для Харькова и Одессы возрастают. Мы же начали разговор с невыполненных «домашних заданий» Путина. Тем более важно учитывать, что в Харькове еще остались серьезные пророссийские силы.

    При этом понятно, что проект «Новороссия» фактически развалился, и сейчас его переформатируют, занимаясь при этом серьезной диверсионной деятельностью в Харьковской и Одесской областях.



    Там постоянно происходят подрывы и диверсии.

    – Каков риск, что боевикам удастся взять Харьков?

    – Оборона Харькова осуществляется очень серьезно, и никто не собирается уступать город, в том числе в военном отношении. Я прогнозирую, что россияне не решатся брать город. На данный момент их группировки – тактического уровня, и потому основных провокаций я жду в пределах Луганской и Донецкой областей. Не думаю, что они рискнут захватывать какие-то новые большие территории.

    – Исходя из численности пророссийских группировок – Украина сможет выдержать их удар?

    – Да. Вражеские группы сильные, мощные, оснащенные, но и Украина постепенно усиливает свои позиции. Именно для наращивания сил нам и понадобились Минские переговоры и перемирие. Также нам необходимо время для проведения реформ, которые идут крайне медленно, а Украина очень нуждается в реформах судов и прокуратуры. Сейчас можно сказать, что, несмотря на все трудности, это время было потрачено с пользой. Сегодня ситуация уже далеко не такая, какой была год назад. 

    Комментарии

     
    Осталось символов: 1000

    NEWSROOM в социальных сетях

    Сегодня / НОВОСТИ

    Вчера

    Новости

    АВТОРЫ

    Архив