Крестный ход УПЦ МП: гонения или возмездие?

    Каково быть «иностранной религиозной организацией»



    Сан-Франциско-Киев, Август 01 (Новый Регион, Ксения Кириллова) – Одним из самых заметных событий прошлой недели в Украине стало прибытие в Киев крестного хода с Донбасса, организованного УПЦ МП. К счастью, в этот день в столице Украины удалось обойтись без провокаций и столкновений, однако обстановка, сопровождавшая шествие, была очень напряженной. Крестный ход в открытую называли кремлевской операцией, разработанной в ФСБ. Очевидцы наблюдали среди молящихся людей в камуфляже, с военной выправкой, а особо внимательные заметили, что, к примеру, в Харьков вошло гораздо больше людей, чем в итоге вышло оттуда, и неизвестно, где рассосались незадачливые «ходоки».

    Разумеется, повышенное внимание к крестному ходу возникло не на пустом месте. С самого начала агрессии против Украины УПЦ МП сыграло в этом процессе довольно активную роль. Внушительная часть священников, особенно находящихся на востоке страны, прямо поддержала сепаратистские настроения и вооруженную агрессию Москвы. В отдельных монастырях хранилось оружие и взрывчатка,

    а некоторые священники даже присутствовали вместе с боевиками на пытках арестованных на оккупированных территориях и благословляли их на войну.



    Официальный глава УПЦ МП, патриарх Кирилл (Гундяев) открыто прославляет главного агрессора, Владимира Путина, награждает церковными орденами пропагандиста Дмитрия Киселева, ложь которого уже привела к огромному количеству трупов, и уверяет, что в Украине идет «гражданская война», ни словом не упоминая российское вторжение. Сотрудники Отдела внешнецерковных связей открыто признают, что шпионили в Украине, и публично вызываются продолжать это занятие. Высшие иерархи РПЦ (и, следовательно, УПЦ) прямо заявляют, что европейские ценности, к которым стремится Украина, являются «сатанинскими» и «еретическими», и всячески стараются придать войне на Донбассе статус религиозной. Проще говоря, УПЦ МП стала окончательно превратилась в часть пропагандистского механизма Кремля.

    При всем этом в Украине сохраняется достаточное количество священников УПЦ МП, которые, являясь этническими украинцами (особенно из числа проживающих в центральной или западной части страны), настроены категорически против Москвы. Часть из них уже перешли в альтернативные церковные юрисдикции, однако часть до сих пор не решается этого сделать из-за канонических проблем, связанных с непризнанным другими патриархами (а не только московским) статуса Киевского патриархата. Некоторые из прихожан таких церквей пошли добровольцами в зону АТО, как, например, сын покойного протоиерея Михаила Шполянского Илья. Однако примеры таких людей уже бессильны повлиять на общественное мнение – слишком сильно проявляется антиукраинская позиция большинства иерархов как РПЦ, так и ее филиала, УПЦ МП.

    Со своей стороны, кремлевская пропаганда беззастенчиво разыгрывает религиозную карту,



    и делает все для того, чтобы выставить негативное отношение украинского общества к УПЦ МП как «гонения на верующих». При этом важно понимать, что именно эта церковь, пожалуй, более всего повинна в таком отношении общества к ней – не только из-за перечисленных выше подыгрываний агрессору, но и потому, что на протяжении нескольких десятилетий активно разделяла религиозные организации по национальному и государственному признаку.

    Вспомним так называемое «сектоведение», изобретенное в недрах Московской патриархии еще в начале 90-х. Ведь одним из главных упреков православных борцов с инаковерующими было именно то, что они представляют собой «нетрадиционную», «американскую» церковь. В чем только РПЦ не обвиняла верующих: в шпионаже, в том, что они «вербуют» людей и «собирают сведения для ЦРУ», в том, что их учение «не наше, чужеродное, иностранное».

    Разумеется, я не утверждаю, что все на свете религиозные организации «белые и пушистые».



    Мне встречались как искренние, самоотверженные служители тех или иных религий, так и откровенные мошенники. Причем, самое смешное, на мошенников среди протестантских пасторов мне жаловались их же коллеги, пасторы, или простые верующие-протестанты, то есть проблема лежала не в религиозной плоскости, а в отдельных личностях. Да, в учениях отдельных организаций мне встречались жестокие и деструктивные моменты, что вело к появлению пострадавших с серьезными претензиями в адрес этих организаций. Но ни разу я не видела, чтобы та или иная церковь демонстративно продвигала интересы другого государства, в особенности США, или делала акцент на национальные особенности.

    Напротив, российские протестанты прилагали серьезные усилия для интеграции в российское общество и подчеркивая наднациональный и внеидеологический характер христианского учения. Некоторые даже переусердствовали в этом, демонстрируя подчеркнутую лояльность «кесарю» и даже поддержав развязанную Россией войну, чем вызвали негодование со стороны своих украинских соверующих. Но никому из них даже в голову не приходило проповедовать об «американском мире» или молиться в русских церквях за «богохранимое американское отечество».

    Словом, РПЦ в очередной раз показала, что люди судят по себе.



    Те ее члены, кто не мог найти достойных богословских и апологетических аргументов своей правоты, принялись упирать именно на «иностранный» характер других церквей, выставляя их зарубежными агентами и шпионами. Именно они десятилетиями прививали отношение к религиозной организации исходя не из ее учения и практики, а лишь по месту ее зарождения, оценивая любую церковь лишь как придаток соответствующего государства. Не удивительно на этом фоне, что на оккупированных территориях Донбасса инославных пасторов и простых верующих начали под пытками заставлять принимать православие, расценивая это как необходимое условие именно государственной лояльности.

    Теперь же УПЦ МП, то есть РПЦ в Украине выпало на собственном опыте узнать, каково быть «иностранным агентом» в чужом государстве, к тому же не просто агентом другой страны, а государства-агрессора. Кстати, в полном соответствии с христианским принципом, призывающим поступать с другими так, как ты хочешь, чтобы поступали с тобой, и с той лишь разницей, что «иностранное влияние» протестантских церквей было по большей части надумано, а вот продвижение российской пропаганды по церковным каналам вполне реально.

    При этом я, разумеется, не призываю ни к каким гонениям на верующих из-за их принадлежности к УПЦ МП.



    Более того, признак по-настоящему цивилизованного, европейского государства – это уважение к личности и персональная ответственность. Любой провокатор, который работал на захватчиков и способствовал дестабилизации обстановке в стране, вооруженным нападениям, пыткам и терактам, должен понести ответственность по закону. Однако это совершенно не значит, что людей допустимо травить или обвинять лишь за национальность и религиозные взгляды. Тем более, повторюсь, в Украине в этом плане ситуация сложнее, чем в тех же США, где есть большой выбор канонически признанных православных юрисдикций. В Украине же верующие зачастую не могут сменить церковь только и исключительно по богословским мотивам.

    Но на практике в ситуации войны «адекватным» православным, к сожалению, приходится особо доказывать свою благонадежность, пробиваясь через негласную «презумпцию виновности». И это – прямой результат политики церкви, больше всего ратовавшей за борьбу с «иностранными агентами». Похоже, мечта московских иерархов наконец сбылась, и общество научилось давать отпор «чужой религии». 

    Комментарии

     
    Осталось символов: 1000

    NEWSROOM в социальных сетях

    Сегодня / НОВОСТИ

    18 Февраля

    Новости

    АВТОРЫ

    Архив