Запад патологически неспособен хоть что-нибудь предсказать в отношении России

    О пропаганде в РФ и подкупе западных политиков и экспертов

    Орден Иуды Орден Иуды


    Москва-Вильнюс, Октябрь 20 (Новый Регион, Игорь Яковенко) – Итак, что хорошего было в российских СМИ за минувшую неделю. Моя, естественно, субъективная тройка лучших публикаций в последние дни:

    НР-БАЛТИЯ В СОЦСЕТЯХ:

    № 1. Статья «Конец эпохи» Лилии Шевцовой, опубликованная 19.10.2015 в интернет-газете «Каспаров.Ru». В очередной раз Лилия Федоровна своими изящными ручками препарирует западную аналитику по России, аккуратненько вскрывает ее и обнаруживает зияющую пустоту и паталогическую неспособность Запада хоть что-нибудь предсказать в отношении России.

    Каждый раз, когда западные транзитологи заявляют, что российская система будет двигаться в определенном направлении, вскоре обязательно обнаруживается, что двигается она в прямо противоположном, — таков результат анализа одного из лучших российских политологов.



    Что же до России, то вывод Лилии Шевцовой, что российская система перешла к стадии агонии, которая может продлиться и два и двадцать лет. Тут автор увы, не оригинален.

    № 2. «Четыре слова, способные изменить мир» от Гарри Каспарова. Это русский перевод стенограммы его выступления на Второй Трансатлантической конференции в Аспенском институте, опубликованный 17.10.2015 в той же «Каспаров.ru». Ретроспектива того, как за последние 70 послевоенных лет позиция западных лидеров, сформулированная ими в четырех словах в Берлине, помогала в противостоянии с СССР.

    Вот эти слова: «We shall stay. Period» (Мы должны остаться. Точка). — Сказано Трумэном в Западном Берлине в 1948 году; «Ich bin ein Berliner» (Я – берлинец!). — Это Кеннеди в 1963 году; «Tear dawn this wall» (Снесите эту стену!) – это уже настойчивый призыв Рейгана к Горбачеву; «America cannot turn inward» (Америка не может замкнуться в себе) – этой позицией Обама начинал свое президентство.

    Призывая мировое сообщество сплотиться перед новыми угрозами, исходящими в равной мере от ИГИЛ и от путинской России, Каспаров формулирует свои четыре слова:

    «бороться – за – наши – ценности».



    Похоже, что вынужденная эмиграция пошла Каспарову на пользу: этот текст на голову выше всего того, что он писал до этого.

    № 3. «Путь, которого нет». Григорий Явлинский в «Новой газете» от 19.10.2015. Весьма подробный и точный диагноз ситуации в России, диагноз, в котором очень сложно оспорить хоть слово, скорее всего, означает старт избирательной компании «Яблока» и персонально Явлинского и его попытку угнездиться в нише реальной, «непримиримой» оппозиции путинскому режиму, в которой до этого в сознании многих людей, участвовавших в протестах 2011-2012 годов, находились Навальный, убитый Немцов, а в последний год, ПАРНАС с Демкоалицией.

    В статье явно не хватает дорожной карты и общего видения переходного периода, но до выборов еще есть время…

    Полузадушенные независимые СМИ РФ иногда недоступны даже с помощью зеркал

    В перечне хороших публикаций за неделю я ограничился лишь некоторыми политическими текстами, хотя по иным темам хорошей журналистики намного больше. Это связано, в том числе и с тем, что

    хорошие политические тексты на русском языке надо успевать отслеживать, поскольку каналы их распространения отстреливаются буквально пачками каждый день.



    Полузадушенные и заблокированные Роскомнадзором и Генпрокуратурой «Ежедневный журнал», «Грани» и «Каспаров.ру» постоянно подвергаются кибератакам и периодически недоступны даже с помощью зеркал.

    Политическая аналитика в «Ъ» становится все более лоялистской, не говоря уже о холуйских жизнеописаниях Путина, принадлежащих его придворному шуту Андрею Колесникову.

    «Ведомости» стали осторожничать, сокращать политические комментарии и острую аналитику и заменять их более безопасными экономическими темами.

    Наиболее радикальные изменения происходят в российском Forbes, который был в последние годы абсолютным лидером по цитируемости среди российских журналов. Это лидерство ему обеспечивали, прежде всего, рейтинги российских богачей и данные о зарплатах российского топ менеджмента, которые журнал регулярно публиковал.

    После того, как Госдума приняла, а Путин подписал закон об ограничении 20-ю процентами иностранного владения СМИ, издательский дом «Аксель Шпрингер Раша», владелец Forbes, решил быстренько уйти из России, подальше от греха. И продал издательство по дешевке, за $7 млн. человеку, которого зовут Александр Федотов и который до этого занимался арендой недвижимости и выпускал журналы о гольфе и о моде.

    Так вот, новый владелец Forbes уже заявил, что «настоящим читателям Forbes» политика, а также материалы о зарплатах государственных чиновников и менеджеров не интересны, поэтому он будет сосредотачивать журнал на бизнесе и экономике. Жаль, что Федотов не назвал этих «настоящих читателей» по имени, хотя мы их и так знаем. «Мы будем стараться не заходить на политическую территорию», — объявил Федотов в интервью газете РБК, которое опубликовано 19.10.2015. Как будто говорил об опасении заходить на минное поле. Впрочем, политика в России и есть минное поле для тех, кто не имеет специального на то разрешения от Кремля.

    «Крокодиловы сторожи» или  «Падальные мухи»

    Ну, а теперь о тех, кто в России имеет лицензию на постоянное присутствие на «политической территории», тех, кто эту территорию формирует и обустраивает своими натруженными руками и мозолистыми языками.

    У хорошей американской журналистки и писательницы Энн Эпплбаум случился профессиональный кризис: она не может найти слова, которыми ей понадобилось обозначить явление, возникшее в путинскую эпоху в Европе. Проблема нехватки словарного запаса возникла у Энн Эпплбаум, когда она писала свою очередную колонку в «Вашингтон пост», посвященную в этот раз ежегодному форуму «Диалог цивилизаций», который в очередной раз организовал владелец крупнейшего в мире шубохранилища, Владимир Якунин.

    На этом форуме собираются европейские политики и эксперты, которые любят Путина.



    Там всегда тусуются: Сильвио Берлускони, Герхард Шрёдер, Вацлав Клаус, Виктор Орбан и некоторые другие люди. Они могут быть правыми, левыми, центристами, но главное условие, обязательный фейс-контроль для прохода на форум, это любовь к Путину, выраженная публично.

    «Все они тоже не идиоты, но и не секретные агенты, не шпионы и не предатели», — тепло и сочувственно размышляет об участниках этого форума Энн Эпплбаум. Но поскольку она дама весьма честная и профессиональная, то продолжает так: «В то же время они неуклонно, каждый по своему, прилагают усилия к тому, чтобы подорвать безопасность Запада и способствовать распространению российского авторитаризма в Восточной Европе и на Ближнем Востоке».

    И в заключение своей колонки американская журналистка растерянно спрашивает: «Как же нам их назвать? Новая эпоха требует нового словарного запаса».

    Поскольку профессиональная солидарность иногда все еще стучится в мое сердце, попробую прийти на помощь растерявшейся заокеанской коллеге. Полагаю, что то новое явление в европейской политике, с которым Европа столкнулась в эпоху развитого путинизма, и которое у нас давно получило название «шрёдеризации» западных элит, давным-давно обнаружено и изучено в мире животных.

    Внимание биологов всегда привлекала симпатичная птичка, которая живет рядом с крокодилами, постоянно тусуется прямо в пасти страшной рептилии и ловит падальных мух, которые слетаются на остатки мяса в пасти чудовища. Название птички – «крокодилов сторож» — вполне подходит для участников форума «Диалог цивилизаций». Впрочем, термин «падальные мухи» тоже годится, поскольку вполне отражает характер тех мотивов, которые заставляют участников данного форума поддерживать российского президента и его политику.

    Многие из иностранных участников сериала «Воскресный вечер с Владимиром Соловьевым» также подходят под указанные выше категории. Впрочем, с этими иностранцами случаются казусы. Вот, например, на «Воскресный вечер» 18.10.2015 позвали израильского эксперта Ариэля Бульштейна. Завсегдатай передачи, Авигдор Эскин, видимо, не смог, и Соловьев срочно искал ему замену. И Бульштейн этот, Ариэль, должен был по всем параметрам стать хорошей заменой Авигдору Эскину. Поскольку он, Бульштейн, из правоцентристской партии «Ликуд», а не левак какой-нибудь и не либерал мягкотелый, значит по мысли Соловьева, должен нашу логику «мочения в сортире» понимать и поддерживать. Но этот Бульштейн вдруг стал нести какую-то отсебятину и ломать сценарий. Причем говорил он очень спокойно, но как-то так говорил, что умудрялся перебивать самого Ж., а его никто перебить не мог, даже Соловьев.

    Говорили, естественно, про Сирию, и главной звездой, помимо Ж., была представитель МИД, Мария Захарова, которая пришла на передачу послеочередной крупной дипломатической победы, одержанной российским МИДом на минувшей неделе.

    Речь идет о том, что президент Путин публично, на весь мир, предложил американцам отправить в Вашингтон делегацию во главе с премьером Медведевым договариваться по Сирии. То есть, Путин готов был им предложить самое дорогое, что есть в России, после, конечно, самого Путина. А американцы ответили, чтобы Медведев к ним не приезжал. «Обидно!», — так этот эпизод прокомментировал глава МИД Лавров. И даже не кашлянул своим фирменным кашлем, видимо, очень сильно обиделся.

    Понятно, в каком настроении после этого пришла на передачу Мария Захарова. И сразу стала строить всех участников, чтобы не говорили ничего лишнего. Например, стоило Татьяне Пархалиной из ИНИОН сказать, что «Россия вышла из украинской ловушки через сирийскую дверь», как Мария Захарова коршуном налетела и тут же ее приструнила. «Это популистские рассуждения!», — строго одернула зарвавшегося эксперта Захарова. И вообще где Сирия, где Украина? Никак это не связано, и ни про какие ловушки и двери мы вообще не знаем.

    Потом Мария Захарова объяснила всем, что оказывается, эти 60 стран, которые в коалиции под руководством США, это все фикция. «Они же думают по-другому!», — сообщила представительница МИД о своих результатах чтения тайных мыслей коллег. И перешла на свою обычную мантру о том, что Россия это единственный сегодня в мире борец с терроризмом.

    И тут вдруг встрял этот Ариэль Бульштейн. Он спокойно перебил Марию Захарову, при этом та только рот открыла, но почему-то не издала ни звука. Те, кто хоть раз видел Марию Захарову и слышал, как она ведет полемику, поймет, какое чудо сотворил этот Бульштейн, поскольку перебить Захарову это все равно, что стать на дороге селевого потока.

    И вот этот Ариэль Бульштейн таким спокойным голосом говорит, молмы были бы рады, если бы Россия публично осудила террористическую организацию Хамас, а не принимала их в Москве.

    Захарова как это услышала, ее прямо всю перекосило. А Ариэль Бульштейн на этом не остановился. На этот раз он начал говорить посреди выступления Ж. (вообще нет ничего святого у человека!). Ж. несколько раз пискнул, что его перебили, но потом, поскольку этот Бульштейн на писки Ж. не обращал никакого внимания, Ж. пищать перестал.

    А этот израильский адвокат тем же спокойным голосом повторил те же упреки России в адрес Хезболлы, верного союзника нашего дорогого людоеда Асада, и, соответственно, нашего союзника по операции в Сирии. Мол, было бы полезно, если бы мы и Хезболлу признали террористами и не целовались с ними в Москве. Я с ужасом ждал, что настырный израильтянин потребует от Захаровой поссориться с Ираном, но тот все-таки сдержался, видимо, про Иран он скажет в следующий раз. Если его, конечно, еще позовут.

    Орден Иуды 

    Во втором отделении соловьевского цирка таких сюрпризов со стороны приглашенных иностранных оппонентов не было, поскольку люди все были проверенные, живущие в студиях Останкино уже не первый год. Самая любимая боксерская груша Соловьева это, конечно, украинский журналист Вячеслав Ковтун, при виде которого на лице ведущего расплывается улыбка счастливого предвкушения.

    Украинский политолог Вадим Карасев тоже очень удобен для отработки ударов, поэтому Соловьев, который совершенно не скрывает ни от кого, зачем он зовет в свою студию всех этих представителей Украины, Европы, США или либеральной оппозиции, в разгар передачи так прямо и сказал, обращаясь к украинским гостям: «Мы продолжим вас топтать сразу после рекламы».

    На минувшей неделе президент Украины Порошенко подарил российским СМИ фразу, которую они мусолили бессчетное число раз. Порошенко, выступая на торжествах, посвященных 400-летию Киево-Могилянской академии, сказал, что было бы неплохо сделать английский язык вторым рабочим языком в Украине. Это был дорогой подарок. Фразу процитировали практически все российские СМИ, снабдив ее соответствующими комментариями. Во-первых, в большинстве СМИ «второй рабочий язык» немедленно превратился во «второй государственный». Во-вторых, в этой идее немедленно увидели гонение на русский язык. Было такое впечатление, что для большинства российских комментаторов сознание человека это чемоданчик ограниченной вместимости, и, если туда положить знание английского, то русский туда уже не влезет.

    Больше всех над этой идеей потешался Дмитрий Киселев в «Вестях недели», который ехидно спрашивал телезрителей, сколько в Украине англичан? Потом делал небольшую паузу и спрашивал, сколько американцев. При этом сам Дмитрий Киселев, владеющий четырьмя иностранными языками, включая, естественно и английский, не может не понимать, что знание английского, как признанного в мире языка международного общения, существенно повышает культурный капитал человека. И чем больше людей в стране знают английский, тем выше совокупный культурный капитал народа, который, конечно, не сводится только к знанию языка.

    Владимир Соловьев также не мог обойти такую вкусную тему и заявил, что теперь Украина может получить орден Иуды, который надо, по мнению ведущего, вручить президенту Порошенко. Зря, конечно, Соловьев это предложил, поскольку предыдущая попытка вручить этот орден гетману Мазепе, предпринятая 306 лет назад, закончилась тем, что носить этот орден на всепьянейшем, всешутейшем и сумасброднейшем соборе Петра Первого пришлось князю Юрию Федоровичу Шаховскому.

    Поскольку князь Шаховской исполнял при Петре Первом роль придворного шута, а деятельность Владимира Соловьева все больше напоминает именно эту роль, то, как бы Владимиру Рудольфовичу не пришлось примерить орден Иуды на свою грудь…

    Жизнь в условиях полной монополии на информацию, в отсутствие любого оппонирования, приводит к полному разложению и профессиональному упадку. Внутри страны пропаганда еще действует, но за рубежом каких-то успехов российские политики достигают в основном грубым прямым подкупом политиков и экспертов.

    Вся работа по формированию общественного мнения в странах Запада окончательно свелась к распилу бюджетных денег. Те 19 млрд рублей в год, которые получает из бюджета РФ контора Маргариты Симоньян, дают эффект на уровне шума. Например, в Великобритании, где Раша Тудей содержит роскошный офис с десятками работающих за фунты сотрудниками, доля аудитории RT составляет 2 сотых процента (0,02%).

    Эта цифра, две сотых процента, отражает ту меру профессионализма и уровень доверия, который имели бы все российские государственные СМИ, если бы они все работали в условиях конкуренции, как это приходится делать RT.

    Комментарии

     
    Осталось символов: 1000

    NEWSROOM в социальных сетях

    Сегодня / НОВОСТИ

    Новости

    АВТОРЫ

    Архив