Ключ от Приднестровья – в Кишиневе

    Авторская колонка Максимилиана Гаврильченко

    © 2013, «Новый Регион – Кишинев» © 2013, «Новый Регион – Кишинев»

    Кишинев, Июль 19 (Новый Регион, Максимилиан Гаврильченко) – Итогом очередного раунда переговоров в формате «5+2» в Вене стал скромный протокол в сфере экологии. Результат «ободряющий», на фоне двух предыдущих провальных раундов во Львове и Одессе, где стороны не продвинулись дальше споров по повестке дня. Пытаясь спасти лицо украинского председательства, спецпредставитель ОБСЕ Андрей Дещица назвал такой итог «важным шагом, который доказывает, что стороны переговоров по приднестровскому урегулированию способны находить компромисс». Мы сделали вид, что поверили, комментирует второй секретарь центрального района Кишинева партии «Возрождение» Максимилиан Гаврильченко

    Многолетний застой на переговорах – повод поговорить о том, что проблема Приднестровья – главный политический вопрос нашей страны, которая сейчас может окончательно потерять левобережье Днестра, а вместе с ним – и свою государственность. К нашему стыду, этими реалиями правящие круги в Кишиневе вызывающе пренебрегают, уже много лет настойчиво пытаясь взвалить ответственность за судьбу страны «на заграничного дядю». Одни наши политики и политологи не устают повторять фальшивый довод, что бойню на Днестре развязал Кремль, чтобы удержать в сфере своего влияния Молдавию. А это значит, что Москва должна отдать нам Приднестровье, иначе мы продолжим жаловаться на нее в Вашингтон и Брюссель. Другие во всех бедах обвиняют ЕС и США, которые хотят вытеснить из Молдавии Россию.

    Безусловно, у России, ЕС и США есть свои интересы. Но вешать на них ответственность за глупость и непоследовательность наших политиков, которая привела к братоубийственной войне и расколу страны – это слишком. Достаточно вспомнить, что еще до провозглашения Приднестровья и Гагаузии в июне 1990 года в Кишиневе состоялся второй съезд правящего тогда Народного фронта, лидер которого Мирча Друк возглавлял кабинет министров. На нем были приняты резолюции, главный смысл которых в том, что Молдавию населяют не молдаване, а румыны. Съезд потребовал изменить принятый за год до этого закон о языке, прописав в нем в качестве государственного румынский. А молдавский был объявлен «выдумкой русских империалистов, пытавшихся денационализировать живущих между двумя берегами Днестра румын и оправдать тем самым аннексии румынских земель Россией». Было выдвинуто требование восстановить в паспортах жителей страны графу «румын» и поменять название страны, переименовав ее официально в «Румынскую республику Молдова». Тогда же наша страна была объявлена уродливым детищем «Молотова-Риббентропа», а среди молдавской элиты пошли разговоры, что было бы неплохо бы договориться с Украиной и обменять Приднестровье на юг Бессарабии и Буковину, а потом и объединиться с родиной-мамой. Надо ли говорить, что все это как тогда, как и сейчас, вызвало резкое неприятие не только на левом берегу Днестра и в районах компактного проживания гагаузов, но и у подавляющего большинства жителей на правом берегу. Последовала закономерная эскалация напряженности – уже через два месяца были провозглашены Приднестровье и Гагаузия,. Кишинев на это ответил организованным Друком «походом на гагаузов», братоубийственной войной на Днестре. Виновниками этих бед, наши политики поспешили обвинить Москву.

    Через пару лет окончательно потерявшие доверие народа фронтисты потерпели сокрушительное поражение на выборах. И пришедшие к власти аграрии и социалисты поспешили повесить на них всех собак за позор кровавого лета 1992 года. Но нужных выводов так и не сделали – к тому времени политики превратили раскол страны в доходный бизнес. А охочие до политического туризма представители гражданского общества в своеобразное хобби – колесят себе по заграничным семинарам, попивают пиво с такими же любителями поговорить об урегулировании конфликта. А в перерывах выступают с разными заявлениями, обвиняют друг друга в нежелании решать конфликт. Достается от них на орехи и Москве, и Вашингтону, и Брюсселю.

    То же самое мы наблюдаем и в наши дни, когда Кишинев по требованию ЕС приступил к установке контрольных миграционных пунктов на Днестре. Причем, как всегда, сделал это без учета мнения Тирасполя. Реакция не заставила ждать – лидер Приднестровья ответил на это законом о государственной границе. В Кишиневе, как обычно, поспешили возложить ответственность на «стоящую за сепаратистами Москву». А парламент с гордостью проголосовал за пустую декларацию о ситуации вокруг Приднестровья. Этот документ в очередной раз подтвердил, что наши политики, исходя из укоренившихся у них стереотипов, не в состоянии решить приднестровскую проблему самостоятельно. И предпочитают, чтобы это делали за них другие. А у других есть и свои интересы, что наглядно продемонстрировала история с «Меморандумом Козака». Тогда бывший президент Владимир Воронин обратился за помощью в Москву, при посредничестве которой Кишинев и Тирасполь оказались в миллиметре от решения застарелого конфликта. На церемонию его подписания Воронин пригласил президента России Владимира Путина. Однако перед самым его прилетом, под давлением «западных друзей» несгибаемый лидер коммунистов испугался собственной затеи и отказался подписывать документ. Затем коммунисты, обещавшие сделать русский язык государственным и привести Молдавию в Союз России и Белоруссии, резко развернули оглобли. В устав компартии было внесено положение об интеграции в ЕС, последовала попытка придушить Тирасполь с помощью проамериканского Виктора Ющенко. Лидер коммунистов, как заправский фронтист, грезил утопичными идеями, что зачистку Приднестровья от влияния Москвы проведет тот же «западный дядя». Последовал принятый в одностороннем порядке закон о принципах особого правового статуса населенных пунктов левобережья Днестра 2005 года, на который Тирасполь ответил в 2006 году референдумом о независимости. Теперь коммунисты снова обещают нам вступление в Таможенный Союз и даже «бархатную революцию». А между двумя берегами Днестра, где даже после кровопролитной войны 1992 года кроме миротворцев не было никаких постов, тем временем появились таможни, пограничные и миграционные пункты. А сами переговоры зашли в такой тупик, что только очень наивные люди могут поверить, что сдвинуть Кишинев и Тирасполь с таких непримиримых позиций можно с помощью формата «5+2», пригодного разве что для политического туризма.

    Я часто бываю на левом берегу Днестра, где у меня много родных, друзей, деловых партнеров. И я убежден, что ключ от Приднестровья находится не в Москве, не в Вашингтоне или Брюсселе, а в Кишиневе. Чтобы объединить нашу страну, нужна политическая воля прежде всего молдавского руководства, которое должно кардинально пересмотреть свои взгляды на урегулирование конфликта и будущее страны. Мы можем решить проблему без всякой внешней помощи только в одном случае – если сделаем правый берег привлекательным для левого. И если поймем, что если наши братья на левом берегу думают не так как мы, то это не наша беда, а наше богатство.

    Сегодня у жителей Приднестровья нет никакой мотивации для объединения с нами, хотя, несмотря на более высокие пенсии и низкую стоимость коммунальных услуг, живут они тоже трудно. Но добавлять к своим бедам пещерный национализм Гимпу и Гуцу они не захотят никогда.

    Я рад, что в партии «Возрождение», лидер которой Вадим Мишин был одним из разработчиков «Меморандума Козака», у меня много единомышленников. Дело за малым – те, кто не желает и далее проводить страусиную политику в отношении Приднестровья, должны объединить свои усилия!

    Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

    Комментарии

     
    Осталось символов: 1000

    NEWSROOM в социальных сетях

    Вчера / НОВОСТИ

    21 Апреля

    Новости

    АВТОРЫ

    Архив