Крымские археологи: Изучению исторических объектов мешают дырявые законы, жадные чиновники и «черные копатели»

    © 2013, «Новый Регион – Крым» © 2013, «Новый Регион – Крым»

    Симферополь, Декабрь 20 (Новый регион – Крым, Анна Савицкая) – Изучению и сохранению археологического наследия Крыма мешают серьезные финансовые проблемы и дыры в законодательстве. Ситуацию усугубляет позиция местных властей и некоторых республиканских ведомств. Тем временем, «черные копатели» продолжают стахановскими методами грабить археологические объекты.

    О своих проблемах археологи рассказали на круглом столе по итогам археологического сезона 2013 года, который организовал Республиканский комитет по охране культурного наследия.

    По словам председателя Рескомитета Ларисы Опанасюк, в этом археологическом сезоне на территории Крыма работало 83 археологических экспедиции, из них 76 надземных, 7 – подводных, в том числе 12 международных.

    «По результатам работы этих экспедиций только с мая 2012 по май 2013 года по сообщению музеев в фонды сдано около 5,5 тыс. единиц хранения, в том числе 22 единицы их желтого металла и 120 единиц из белого металла», – отметила Опанасюк.

    Именно эти предметы привлекают черных археологов, в один голос отметили ученые.

    Руководитель двух экспедиций, изучающих сарматский могильник «Нейзац» и позднескифский могильник около села Опушки Симферопольского района, доктор исторических наук Игорь Храпунов отметил, что эти два объекта, находящиеся в непосредственной близости от населенных пунктов и подъездных путей, подвергаются тотальному разграблению.

    «В этом году разграбление памятника (Нейзац – прим. НР)) продолжалось. Грабители очень тщательно маскируют результаты своих трудов. При поверхностном осмотре можно и не заметить, что там эти грабительские ямы имеются. Могильник «Опушки» очень большой, там не меньше трех гектаров, и сотни могил уничтожены полностью или повреждены. Мы этот могильник исследуем с 2002 года, но через пень-колоду, и эта пень колода – это деньги, которые то есть, то нет. Но большая часть погребений, которые мы раскопали – они до этого раскапывались грабителями. И это грабительство продолжаются и в 2013 году вполне активно: все там засыпано человеческими костями. С точки зрения руководителей комитета имеется положительная тенденция, что памятники грабят меньше. Конечно с высоты руководства государственного органа видней, но с моей низкой колокольни я хочу заметить, что оба эти памятника продолжают интенсивно грабиться и в 2013 году тоже», – выразил свою точку зрения ученый.

    Слова Храпунова в свою очередь подтвердил и российский археолог, профессор Тульского педагогического университета Виктор Зубарев, проводящий исследования на городище «Белинский» в Ленинском районе.

    «Идет массовый грабеж», – сказал он.

    Примечательная ситуация сложилась около Евпатории, где, по словам археолога Вадима Кутайсова, изучающего древнюю Керкенитиду, один из раскопов находится на территории частной фермы и охраной памятника занимается частный фермер по собственной инициативе.

    Лариса Опанасюк подчеркнула, что «самый действенный способ охраны объектов археологии – их исследование и музеефикация». Но в ответ практикующие археологи отметили, что в стране на это нет средств.

    «У нас на раскопах основной рабочей силой являются студенты-практиканты. Государственного финансирования мы не имеем», – сказал заведующий кафедрой истории древнего мира и средних веков Таврического национального университета Александр Герцен, который уже более 30 лет ежегодно ведет планомерные исследования городища Мангуп-Кале.

    «Археология – значительная часть крымской индустрии, основа туризма. Сейчас ни через Министерство культуры, ни через Рескомитет по охране культурного наследия уже несколько лет реальные археологические раскопки не финансируются, хотя все найденные вещи сдаются в музеи и являются предметами выставок, то есть используются государством», – отметил директор крымского отделения института востоковедения НАН Украины Александр Айбабин.

    Ситуацию усложнито и то, что с 1 сентября этого года государственное казначейство заблокировало на счетах командировочные расходы археологов.

    «То есть экспедиции обречены на работу за собственную зарплату. Даже выполняя государственную программу и государственный заказ, потому что это договора с государственным учреждением», – сказал Айбабин.

    Для того, чтобы крымская археология могла выжить, она вынуждена в первую очередь обслуживать туристов, а не науку. Об этом рассказал сотрудник Керченского историко-культурного заповедника Юрий Белик, экспедиция под руководством которого уже несколько лет подряд исследует крепость «Керчь»:

    «На территории крепости расположены несколько туристических маршрутов. Это то, что нас кормит и дает выживать. И из-за этого, к сожалению, вынужден констатировать, все работы были нацелены на то, чтобы изучение объекта было возможно с последующей его эксплуатацией в экскурсионных и туристических целях».

    Заявили археологи и о сложных взаимоотношениях между археологами и лесниками, а также с Республиканским комитетом по охране окружающей среды. Напомним, лесники регулярно заставляют сотрудников археологических экспедиций платить штрафы за то, что те при раскопках повреждают растительность.

    «Взаимодействие с Крымлесом осуществляется, но этот вопрос надо решить глобально, потому что они нам вечно дают какие-то «левые» разрешения с запрещением срубать кусты, ветки от деревьев и прочую такую чепуху. Каждому, кто копает, каждому археологу понятно, что он не может копать, не снося кусты, если они там растут, и как-то надо этот вопрос решить, что на территории памятников, где проводятся раскопки, какие-то должны быть в этом смысле послабления. Потому что мы копаем, кусты тайно срезаем и откровенно боимся, что сейчас придет лесник, и ему надо либо бутылку покупать, либо он будет на нас жаловаться», – рассказал Игорь Храпунов.

    «Охота за штрафами приведет к тому, что археологических раскопок вообще не будет. Потому что на всех памятниках растут кусты, есть трава и так далее. То, что раньше решалось путем взаимодействия, теперь превращается в длительные судебные тяжбы и штрафы», – отметил Айбабин.

    Серьезные препоны в работе исследователей возникают и из-за неурегулированных земельных вопросов и отсутствия паспортизации памятников и землеотводов территории под парки-памятники. Например, землеотвода не имеет археологический памятник «Ак-Кая», а в поселении Глейки на территории села Каменка под Феодосией культурный слой практически уничтожен при прокладывании водопровода.

    О проблеме самоуправства местных властей на территории памятников археологии говорил и Айбабин.

    «На территории некрополя Эски Кермен Красномакский сельсовет выделил участки и люди получили госакты. Это при том, что никак не решается вопрос с оформлением госакта заповедника на сам памятник. То же самое происходит в Лучистом, где без согласия археологов вся территория скоро будет роздана на участки, под это подпадает даже могильник!», – возмущен директор отделения института востоковедения.

    В ответ заместитель председателя рескомитета по охране культурного наследия Вячеслав Зарубин отметил, что закон о выделении земельных наделов без учета мнения археологов – проблема давних лет.

    «Проблема с Эски-Керменом сложилась не сегодня. До 2004 года физическое лицо могло получать земельный участок без согласования с органами охраны культурного наследия. К величайшему несчастью, в результате этой практики мы до сих пор сталкиваемся с тем, что, целый ряд памятников оказался распеваным, попал в руки фермеров и так далее. Конкретно по ситуации на Эски-Кермене есть обращение в прокуратуру, в правоохранительные органы, но пока закон обратной силы не имеет. Археологическая экспертиза при отводе земельных участков из законодательства Украины исключена. Это очень опасная тенденция, особенно для Крыма», – сказал Зарубин.

    Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

    Комментарии

     
    Осталось символов: 1000

    NEWSROOM в социальных сетях

    Сегодня / НОВОСТИ

    Вчера

    Новости

    АВТОРЫ

    Архив